Тема: Эрик Кристиансен «The Northern Crusades»

http://img-fotki.yandex.ru/get/9301/201858738.a/0_d16db_d75ca36_L.jpg

...У датчан были более насущные военные проблемы дома: берега и границы Дании регулярно подвергались набегам и грабежам со стороны Балтийских славян. Для защиты от них датчане собирали Herrenvolk.

Из трех оставшихся групп народов Севера, наиболее близкими к скандинавами были славяне, и особенно западные славяне, занимавшие острова и материковое побережье от бухты Киля до Вислы, включая острова Фемарн, Пёль, Рюген, Узедом и Волин. Они были разделены на несколько народностей.

Территорию от границы с саксами и датчанами до реки Траве занимали вагры (Wagrians), а от Траве до реки Варнов - ободриты (Abotrites) - два родственных народа, свободно объединяющихся с полабами (Polabians) из бассейна Эльбы под одной правящей династией. Регион от Варнова до Рюгена, вокруг устья Одера и до Пене, населяли разобщенные племенные групы, которым дали собирательное название лютичей (Liutizians) или вильцев ( Wilzians) - "ужасные" или "волки"; северное побережье, Рюген и близлежащее побережье, были заселены ругами (Rugians) или рани (Rani). Языки ободритов и лютичей несколько отличались от языков их южных соседей - сорбского (Sorb) и лужицкого (Lusatian) и классифицируются как западно-лехитские; Восточно-лехитские включают польский язык и языки народов, которые населяли остальное побережье, заселенное западными славянами, от Одера на востоке до Вислы – Померанцами (Pomerelians), или "живущими на берегу", позже дифференцированными Данцигом под именем Pomerelian и Кашубами (Cassubian) ("лохматые козопасы").

Балтийские славяне последними прибыли на Север. Они пришли с юга-востока, и заселили территории, оставшиеся свободными в ходе миграции германцев в период с первого до шестого вв. К восьмому веку их границы были стабильными, хотя борьба за господство в каждой стране привела к некоторым изменениям впоследствии. Адам Бременский признавал, что они были связаны с богемцами и поляки, и поэтому могут быть описаны в качестве составной части населения больших областей Центральной и Восточной Европы, которую он называет Славия. Латинские писатели называли их славянами, но отличает их от поляков, русских и чехов, которую мы также будем называть славяне; скандинавы и немцы называли их венедами (Wends). В этот период они отличаются в некоторых отношениях от всех своих соседей, но они также имеют много общего, и это заслуживает того, чтобы уделить ему особое внимание.

Венеды были в основном крестьянами, как и скандинавы: земледельцами и скотоводами, проживающими в маленьких деревнях и выращивающими зерно, лен, домашнюю птицу и крупный рогатый скот, занимающихся в качестве «побочной» деятельности рыболовством, пчеловодством и охотой.

Условной единицей стоимости земли был kuritz (?) или пашня (латинское uncus – «изгиб», впоследствии mansus или германское Hufe); крестьянин платил налог зерном за пользование ею, и помимо этого с него требовалась отработка в любом другом виде работ, которыми он был занят. Он фигурирует во многих ранних договорах как раб, «прилагающийся» к земле, на которой он работал, и участвовавший во многих платежей, причитающихся с его деревни; и другие данные свидетельствуют, что он часто бывал захваченным или купленным невольником, удерживаемым в наследственном рабстве.

Как и в Скандинавии, сельскохозяйственные излишки оседали у землевладельцев: либо это были земельные магнаты, живущие в лесных крепостях со своими слугами, или общины воинов и горожан, живущие в укрепленных поселениях. Славянское общество было сильно милитаризованным.Это наиболее явственно видно в девятом и десятом веках, когда славяне оказались между «молотом» викингов и «наковальней» Рейха, и в течение длительного времени ободриты и вагры были вынуждены платить дань датским королям и немецким епископам и феодалам. Появившийся в этот период господствующий класс, держался за свои территории и крестьян, учась у врагов и эксплуатируя своих собственных людей, чтобы поддержать эффективные армии, флоты и укрепления. Более широкие области были разделены на небольшие территории, расположенные вокруг одного или нескольких окруженных земляными стенами, рвами и острогами фортов, как правило, под контролем управителя - губернатора, или воеводы (voivot). Последний взыскивал военную службу с воинов и налоги с крестьян, и обеспечивал прием правителя, когда тот посещал свои владения, причем эти визиты могли быть могли быть как случаями долгих пиров и общественных собраний, так и демонстрацией силы и карательным запугиванием. Правителя именовали «Князь» (knez); как и в Скандинавии, он действовал и как лидер своего народа в целом, и в качестве главы большой семьи княжеских родственников,- у всех них были претензии на какие-то земли и юрисдикцию; но его власть была ограниченной .

Ведь разные территории были непохожи друг на друга. Некоторые из них были внутренними лесными районами,, где князья и воеводы безраздельно правили своими землями; другие лежали вдоль большой водных путей и заливов, или же находились подле городов, процветающие общины которых обладали собственной волей и силой, чтобы утвердить ее.

Наряду с географией племен, территорий и княжеств, существовала география городских общин. Уже в десятом веке венеды группировались вокруг небольших круглых или овальных земляных укреплений, которые в ранних текстах называются civitates. Последствия войн, торговли и восстановления способствовали росту небольшого числа из них за счет остальных, и в результате к одиннадцатому веку существовала целая сеть рано развившихся городских общин, расположенных в нескольких милях почти от каждого лимана, от Дании до Вислы.


Здесь заканчивались земли ободритов, сменяясь владениями ругов, и путешественник напрасно искал бы среди болотистых и лесных урочищ большие поселения и крепости. Тем не менее, на острове Рюген были два примечательных поселения: Аркона на самой северо-восточной оконечности острова, с видом на море с высоких белых меловых скал и Каренц (Karenz) (современный Гарц), города у озера в южной части острова. Расположение Арконы, кажется, нарушает обычное правило «держаться подальше от берега», слишком опасного для прямого подхода с моря, и вся корабли должны проходить по мелким бухтам, через которые море заливало центральную части Рюген, или вынуждены были идти на юг, где скалы были ниже. Большая часть этого города была разрушена, но раскопки подтверждают его описание, данное нам в двенадцатом веке датским историком Саксоном. Аркона не нуждалась ни в какой крепости (castrum) или цитадели, благодаря мысу, на котором она стояла, но была обнесена сделанными из земли и дерева стенами, возвышающейся приблизительно на 100 футов, проницаемых только через еще более высокую укрепленную надвратную башню. За стенами располагался жилой сектор; за ним - открытое пространство и потом, вероятно, на участке, теперь смытом морем – храм бога Свантовита (так в тексте), который служил международным центром паломничества , хранилищем казны, равно как и центром культа. Сюда приезжали купцы из разных стран Балтики; здесь воины ругов встречались для участия в советах, и выполняли приказы верховного жреца и его чудесного коня, на котором никому не разрешилось ездить. Обороной южного Каренца служили озеро, река и болота, подкрепленные традиционным кольцом стен. В 1168 он, похоже, развивается из форта-убежища в густонаселенный город; Саксон описывает его плотную застройку; жилища, дым от которых поднимался до небес, и вдобавок археологи обнаружили три небольших помещения, являющиеся храмами, в верхней части города.


Лужичане селились вдоль реки Пене (Peene) , где находилось было несколько хорошо защищенных городов, из которых наиболее важным стоявший далеко вверху по реке Деммин ( "дымное место"). Это было место слияния трех рек, где путешествующие по суши из Мекленбурга и Гольштейна могли, преодолев тридцать миль, добраться по реке к морю; ключевой опорный пункт поморских князей, после того как они завоевали его в начале ХII века, - ранее он был цитаделью и культовым центром Ретрой (Redarii), домом бога Радигоста (Radigost).


"Над устьем Одера доминировал старый город, теперь называется Щецин (произносится как «Щет-син») по-польски, Штеттина по-немецки, он же, возможно, была померанским Щитно, и датчане называют Bustaborg, («ощетинившийся»). Это была померанская «матерь городов», со стенами, ограждающими три венчающими три стоящих на холмах храма времен язычества (до 1127 г.), и репутация неприступной; пословица "так же надежны, как стены Штеттина" приводит Саксон Грамматик. Миссионер Отто из Бамберга обнаружил живущие здесь 900 семей, и среди них великого человека, богатого имуществом и слугами, Домислава (Domislav), который, как считалось, имел 500 домочадцев, и который заложил законы для своих сограждан. Другой магнат мог выйти в море со своим собственным флотом из шести судов, и множеством рабов, добытых в ходе набегов, должно быть, общим числом в несколько тысяч, среди которых было велико число храмовых священников (монахов? – Ульф). Выгодно расположенный город постоянно богател; в нем сходились 4 торговых маршрута, речные лодки встречались с морскими судами и обменяли свои грузы; этот город в 1127 мог бороться, и смог победить, в войну с Ругами"

Christiansen Erik The Northern Crusades. — London: Penguin Books, 1997

..кволість-довколість..

Поделиться

2

Re: Эрик Кристиансен «The Northern Crusades»

интересно, поставлю в очередь для чтения.

Поделиться